Православный календарь

Расстреляли за то, что крестил младенцев

Дата публикации   Количество просмотров
Все публикации автора
Автор:
Серафимовский листок
Расстреляли за то, что крестил младенцев

В 2018 году отмечается 100-летняя годовщина трагических событий, связанных с революцией в России и началом эпохи безбожных гонений.

Прихожанин храма преподобного Серафима Саровского города Казани Антон Гусев рассказал нам о своем родственнике — священнике Михаиле Степановиче Павлове, репрессированном во второй половине 30-х годов прошлого века.

Притеснения священнослужителей начались сразу же после Октябрьской революции. В 1917 году в Казанской губернии было 524 каменных и деревянных церкви, 242 часовни и 15 монастырей. В губернии числился 6821 представитель православного духовенства. В ходе Гражданской войны некоторые храмы и монастыри были ликвидированы, погибла значительная часть священнослужителей. На начало 1929 года в ТАССР было 630 церквей (прирост количества церквей обусловлен присоединением четырех уездов из других губерний) с 649 православными священниками. Уже через год около 60 процентов церквей было закрыто.

Параллельно с закрытием храмов шли массовые репрессии против священнослужителей и церковного актива.

К 1937 году в Казанской губернии действующими считались 348 церквей, остальные были закрыты. В действительности же большинство храмов не работало из-за отсутствия священнослужителей. Храмы, где службы все же совершались, часто использовались как складские помещения.

Начало Большого террора ознаменовалось принятием постановлением «Об усилении антирелигиозной пропаганды», в котором утверждалось, что духовенство «повсеместно повысило свою активность и добивается усиления религиозного движения в ряде районов Татарии». Утверждалось, что «за последнее время в некоторых районах увеличилось количество отправлений религиозных обрядов, в особенности крещение детей, а также посещение церквей школьниками и молодежью». Не избежал репрессий и Буинский район.

Под видом борьбы с организованной преступностью и контрреволюцией в деревнях НКВД Татарской АССР в селе Большое Фролово 26 ноября 1937 года арестовал около 20 человек. 17 декабря 1937 года они были расстреляны как участники эсеровской группировки.

Вторая волна репрессий пришлась на 28 декабря 1937 года. В этот день арестовали всех, кто был причастен к церковной деятельности: певчих, церковного старосту, пономаря и членов церковного совета. В это же день был арестован и отец Михаил.

На просьбу своей жены Александры подписать все протоколы ради своих четырех детей отец Михаил отвечал: «У Бога любимых детей нет — все равны».

До 1917 года отец Михаил был служил при епископе, а затем псаломщиком. Он занимался активной церковной деятельностью во время Октябрьской революции и Гражданской войны, о чем говорит маленькое карманное Евангелие, хранящееся у его родных. На развороте Евангелия имеется надпись: «В память о церковной службе в лесных дебрях и болотах. 11 августа 1917 года.»

Из расшифровки его дела: «В настоящее время служитель культа высказывает антисоветские настроения и взгляды. Является главной фигурой, от которого исходят различные враждебные Советской власти установки к религиозной массе граждан села. В прошлом году было массовое хождение учащихся в церковь. Пользуясь неграмотностью гражданки Зиновьевой, сагитировал ее крестить своего ребенка, для чего писал образец разрешения родителей на право крещения. Это ему удалось. Зиновьева не послушала своего мужа и окрестила ребенка… Он не воспитывает своих детей в советском духе. Предсельсовета».

В доносе на отца Михаила описана его активная пастырская деятельность: «крестил младенцев, несмотря на запреты; отпевал; призывал людей в церковь; читал проповеди».

Его обвинили как участника кулацко-церковной группировки, который противодействовал мероприятиям Советской власти.

Его и всех его сподвижников расстреляли 18 января 1938 года.

На момент ареста у него было четверо детей, младшему из которых было три года. Его жене Александре после ареста пришлось переехать в Казань.

Жили они в небольшом доме-насыпушке на Ометьевской горе. Постройка эта была самовольной. Жена его, Александра, прожила вдовая до глубокой старости.

Архивные данные говорят о том, что в 30—40-е годы были арестованы сотни человек.

Почему НКВД оказывал пристальное внимание Буинскому району вообще и селу Большое Фролово в частности? Стоит обратиться к истории этого района. В 1780 году Буинск получил статус уездного города Симбирского наместничества, а в 1796 году Буинский уезд включили в состав Симбирской губернии.

Через Буинск проходил почтовый тракт, соединяющий две губернские столицы — Симбирск и Казань. Еще в годы Гражданской войны Буинск считался важным транспортным узлом. Город фигурирует и в Симбирской операции. Во времена Гражданской войны здесь были активны партизаны Народной армии.

Важное событие в жизни уезда произошло в 1920 году. Большая часть уезда — с новым административным наименованием — Буинский кантон — была присоединена к Татарской Автономной Советской Социалистической Республике, образованной вместо Казанской губернии. Часть земель уезда отошла к Чувашской автономной области, а часть осталась в Симбирской губернии. К Буинскому кантону были присоединены несколько волостей Тетюшского уезда бывшей Казанской губернии — Больше-Фроловская, Чирки-Кильдуразовская, Алькеевская. В 1930 году в связи с упразднением кантонов в ТАССР был образован Буинский район с некоторыми изменениями границ.

В 1937 году в докладах НКВД ТАССР фигурирует дело о разоблачении контрреволюционной правой террористической организации в Буинском районе. Это так называемый процесс «Наркомзема». Проходивший в декабре, он стал своего рода завершением целой серии разоблачений врагов народа сельскохозяйственного профиля в районах республики. Как правило, к уголовной ответственности привлекались руководители колхозов и МТС, заведующие районными земельными отделами, работники контор «Заготзерно», а иногда и руководители районов. По результатам судилища, устроенного в ноябре над партийными и советскими работниками, руководителями хозяйственных организаций Буинского района, было расстреляно 14 человек.

По подобным сфальсифицированным делам привлекали и священнослужителей. Жертвой таких подлогов стал и отец Михаил.

Постановлением Президиума Верховного Суда ТАССР от 24 октября 1957 года Михаил Степанович Павлов был реабилитирован в связи с недоказанностью обвинения.

Большой террор уступил место малому террору. В 1939 году в республике было арестовано 955 человек, осуждено — 1 262. К высшей мере наказания не был приговорен ни один осужденный.

В годы репрессий в ТАССР в заключении погибли почти 14 тысяч человек. Общее число репрессированных — 54,5 тысячи, из которых 1663 человека — православные священнослужители. За каждой цифрой в этом списке стоит молчаливый подвиг за веру, разрушенная судьба православного христианина.

Призываем Вас молитвенно помянуть новомучеников и исповедников российских и отца Михаила.

Теги:
Гонения на Церковь
100-летие начала гонений на Церковь
история Русской Церкви
новомученики и исповедники Церкви Русской
революция
1917—2017: уроки столетия
история Казанской епархии
Большое Фролово
Буинск

Все публикации